«Криминальное чтиво» — 25 лет в России. Почему фильм стал культовым

Четверть века назад назад в России вышел на экраны фильм Квентина Тарантино «Криминальное чтиво» и, без сомнения, произвел эффект разорвавшейся бомбы. Такого кино мы раньше не видели (да и никто в мире), и к кинематографу «новых сердитых» отечественный зритель был готов весьма условно. О том, как этот фильм стал в России культовым, — в материале newsy24.

«Дни, когда я что-то забывал, прошли. А дни, когда я все запоминаю, только начались»

В середине 90-х российское кино находилось не то что в упадке, но как минимум старалось обрести собственный язык. После дичайших перестроечных экспериментов и краха советской системы государственного кинопроизводства нужно было каким-то образом создавать рынок. И фильм Тарантино пришелся ко времени.

С одной стороны, перед нами возникал мир американских гангстеров — в меру глуповатых, достаточно нелепых и некоторым образом привлекательных. Но ведь и в России 90-х таких бандитов хватало.

С другой стороны, мы увидели совершенно новый способ позиционирования кинокартины. Зрителю предложили не только историю, рассказанную на экране, но еще и особый стиль, атмосферу, новый мир, который Тарантино аккуратно перенес в реальность. Вернее, он вытащил ее из американской жизни — а другим странам оставалось лишь подхватить.

«Вы не узнаете факты, пока вы не увидели вымысел»

Художественная манера Тарантино, так шокировавшая зрителя в США, оказалась для отечественной публики фактически родной. Ведь, если разобраться, он ставит фильмы как театральные спектакли. Долгий-долгий разговор, потом некоторое действие, оживляющее сюжет (например, перестрелка), а затем — очередной диалог, который идеально разбирается на цитаты. Тарантино даже включил их в саундтрек — просто запоминай и вставляй к месту!

Легкость, с которой Тарантино рассказывал свою историю, мастерски жонглируя частями фильма, сбивая пафос общего драматизма ситуации нарочитой комичностью происходящего, была для отечественного зрителя стопроцентно понятной. Так, с некоторой «фигой в кармане» ставили картины лучшие комедиографы Советского Союза — и тут Тарантино, сам того не ведая, наследовал Данелии и Гайдаю ничуть не меньше, чем Серджио Леоне.
Саундтрек к «Криминальному чтиву» — отдельная «вещь в себе», самодостаточное произведение. Он в обязательном порядке переписывался на кассету или покупался в ларьке на CD и играл в каждой квартире. Под Urge Overkill мы обнимались с любимыми девушками, а под рок-н-ролл Чака Берри не отплясывал разве что ленивый (естественно, скинув обувь).

Те, кто хотел выглядеть круто, немедленно купили себе черные костюмы с тонкими галстуками, барышни или стриглись «под Мию Уоллес», или попросту покупали себе парики, как у Умы Турман.
В Москве даже открылся бар Jack Rabbit Slims’, который мгновенно стал культовым у всех журналистов, благо находился рядом с редакцией «Коммерсанта». Там назначали встречи, обмывали различные радостные и печальные события, обсуждали насущные вопросы — и вообще, это было важное и стильное столичное место. Правда, шанс встретить там Стива Бушеми в образе Бадди Холли равнялся нулю, но привлекательности бара это не умаляло.

«У них там все немного не так. В смысле, у них там все точно так же, как и здесь, только немного по-другому»

Естественно, канонические образы героев «Криминального чтива» плавно перекочевывали и в отечественную массовую культуру. Герой песни Бориса Гребенщикова «Человек из Кемерова» — тот, кто придет и «разрулит» все, решит любые проблемы, это, конечно, мистер Вульф (блестяще сыгранный Харви Кейтелем). Борис Борисович не отрицает важности «Криминального чтива» для собственного творчества, как и то, что именно образ мистера Вульфа и послужил источником вдохновения для песни.

Проникло «Криминальное чтиво» и в литературу: герои пелевинского романа «Чапаев и Пустота», братки, задумывавшиеся о том, как же все-таки жить на белом свете, нашли в фильме Тарантино единственно понятную отдушину — чем и восторгались: «Я недавно кино посмотрел по видаку, «Палп фикшн», про американскую братву. Так мне легко потом было! Словно понял, как жить надо дальше…»
Модель тарантиновского фильма стала для отечественного кинематографа 90-х во многом определяющей. Все поняли, что фильм не ограничивается режиссерским видением, а представляет собой сложную и многоуровневую структуру, где у каждого уровня собственная ценность. Роль саундтреков возросла неимоверно — так что и балабановские «Брат» и «Брат-2», и «ДМБ» Романа Качанова, и «Кризис среднего возраста» Гарика Сукачева, где музыка становилась отдельным героем кинопроизведения, — это все наши наследники тарантиновского шедевра.

Впрочем, один человек в России на Тарантино обиделся: это был Никита Сергеевич Михалков. На 47-м Каннском кинофестивале «Криминальное чтиво» получило «Золотую пальмовую ветвь», в то время как «Утомленные солнцем» удостоились лишь Гран-при жюри, награды важной, но рангом несколько пониже. Взволнованный Михалков даже дал после церемонии весьма экспрессивное интервью, в котором заметил, что «дать Тарантино главный приз — это все равно что наблевать на ковер на Каннской лестнице». Правда, впоследствии Никита Сергеевич сменил гнев на милость и с радостью водил Тарантино по Москве во время его первого приезда на Московский международный кинофестиваль.
Так что сегодня надо еще раз посмотреть это нестареющее кино. Или как минимум включить саундтрек: поверьте, он пробирает не меньше, чем четверть века назад.

©newsy24.ru